То, что видит пассажир за время своего путешествия по лабиринтам метрополитена - это лишь малая часть сложнейшего технического сооружения, перевозящего в день десять миллионов человек.

Вдумайтесь в это число. В течении неполных двадцати часов - с пяти тридцати утра до половины второго ночи, нужно перебросить количество людей, равное населению средней европейской страны. За один день всех ее граждан, начиная с королевского двора, если таковой имеется, и министров, до последнего бродяги, нужно перетасовать, но так, чтобы при этом каждый добрался до нужного ему места.

При этом все должно пройти четко и быстро - начиная от продажи билета, а каждый из этих десяти миллионов - отдельный индивидум, умеющий считать свои деньги, до прибывающего в считанные минуты поезда.

Физически эту цифру начинаешь ощущать во время даже небольшого сбоя в одном из звеньев этой цепочки.

За время пребывания на территории метрополитена пассажир проходит через руки работников нескольких служб - подразделений этого комплекса, так сказать сталкиваясь с ними напрямую. А сколько еще людей работают на него косвенно.

В те три ночных часа, когда входные двери станций закрыты, проверяется, ремонтируется, реконструируется все это огромное хозяйство.

Но к пяти утра станции, поезда, системы электроснабжения, вентиляции и прочее, и прочее - все должно быть отлажено и готово к приему этих десяти миллионов - метро работает без выходных и забастовок.

Входя на территорию станции, пассажир сразу попадает в зону повышенной опастности.

Это и эскалатор, и платформа, и поезд. А тут еще новая напасть - теракты.

Однако в московском метро этот ужас известен уже давно, намного раньше, чем он наконец стал доходить до сознания самоуверенных европейцев и американцев и, в конце концов, до тех, кто ими управляет.

Но, несмотря ни на что, каждое утро в открытую дверь входит первый, а поздно вечером выходит десятимиллионный пассажир.

И это так же привычно и естественно, как рассвет и закат, зима и лето, огонь и вода.

Метро для Москвы - не просто один из видов городского транспорта.

Это то же, что Статуя Свободы для Нью - Йорка, Эйфейлева башня для Парижа и Кремль для Москвы. Вернее, наравне с Кремлем, метро стало одним из символов российской столицы.